Проект «Живая память». Возвращение в Хайлар (Из воспоминаний Анны Ивановны Воросовой. Часть 8)

25 декабря 2017

Анна Ивановна Воросова родилась на территории Китая в городе Маньчжурия в 1924 году. Отец Воросов Иван Никанорович – казак, поэт, один из деятелей русской эмиграции в Китае. Анна Ивановна на момент, описываемый в воспоминаниях, проживала в городе Хайларе. В СССР переехала в 1954 году, проживала на территории Кемеровской области и Красноярского края, работала в школе учителем русского языка и литературы. Написала мемуары, в которых подробно описывает историю своей семьи.

Мы прожили в Кудахане с момента обстрела под мостом и до нашего возвращения в Хайлар не больше двух недель, но это время было так насыщено событиями, что составило бы несколько томов.

В двадцатых числах августа, числа 22-24, контрразведка стала переезжать в Хайлар в те помещения, которые занимала раньше военная миссия. И в одно из воскресений мы оказались выходными. Мария Афанасьевна уехала в город, а Нина на заимку попроведовать ребятишек и родителей. Мы с Полей остались вдвоем вместе с бабушкой, хозяйкой квартиры. К нам присоединилась еще одна наша хайларская Казакова Елена Андреевна – очень красивая женщина, жена полковника Казакова, который пропал без вести сразу же в первые мгновения войны.

Мы не были изолированы от других женщин, другой пекарни, все было рядом, и все-таки мы в одиночестве коротали время.

Неожиданно к нам пришли в гости два лейтенанта – танкиста. Мы впервые увидели представителей этого рода войск, о котором до этого не имели никакого представления. Мы были удивлены какой-то домашности их в обращении с нами. Оказалось, что они не были на Западном фронте, а все годы войны простояли у самой границы с Маньчжурией, и хотя, тяготились этим и все время рвались на фронт, это, видимо, наложило свой отпечаток на их характер. А с японцами они вели бои: один из них был ранен в руку.

Оба невысокие, чуть пониже среднего роста. Один светлый с серыми, как сталь, глазами, другой – темный, очень подвижный, постоянно повторяющий к месту и не к месту такие выражения: «Забодай его комар», «Что я у Бога теленка съел?». От него же мы услышали впервые слово «блат», а когда его спросили, что оно означает, он невразумительно ответил: «блат выше Совнаркома», «люблю блатную жизнь, а воровать боюсь», чем сбил нас окончательно с толку. Новая жизнь ворвалась к нам с новыми словами, терминами.

Мы расспрашивали – лейтенанты терпеливо нам рассказывали о Советском Союзе, о чем мы никакого представления не имели. Мирные наши разговоры были прерваны приходом двух офицеров (один – майор, другой - капитан), уже нетрезвых. Это были фронтовики, они отстрелялись и пришли поразвлечься к женщинам. Своим боевым видом и размахиванием револьверами они разогнали ту пекарню: женщины разбежались кто куда. И вот набрели на нас. Возбужденные, они сразу стали предлагать нам выпить с ними, а на наш отказ упрекали нас в том, что мы не хотим выпивать с офицерами Красной Армии, и очень удивлялись, что мы вообще не пьем, не верили.

Танкисты мужественно нас защищали. Дело дошло до грудков и даже того, что они наставили друг на друга револьверы. Мы были напуганы, но сумели воспользоваться их ссорой и убежали, сразу же присоединились к тем женщинам. Казакова тоже с нами убегала, но потом почему-то оказалась вернувшейся туда. Дело кончилось тем, что танкисты все ночь залегли в траве в палисаднике: они решили не давать нас в обиду. А фронтовики все-таки развлекались до утра, а потом уехали в Хайлар и увезли с собой Казакову.

После нам рассказывали танкисты, как они утром зашли в квартиру, старуха хозяйка, будучи пьяной, допивала остатки в стаканах, они её ударили со словами: «Эх ты, за пол-литра водки продала женщину», но она была пьяна до бесчувствия.

Мы не стали дожидаться новых приключений и ушли к своим. И в этот же день использовали подводу Барановых. (Сам Баранов, отец Поли, вместе с нами из-под обстрела под мостом добрался до Кудахана, а на следующее утро ушел неведома куда, так и не вернулся. Никто его не видел, а разыскивать было рискованно. Так и остался он без вести пропавшим.). И все, сколько нас было, отправились в Хайлар.

На выходе из Кудахана произошло такое, о чем без смеха вспоминать невозможно, хотя «Все это было бы смешно, когда бы не было так грустно».

Невдалеке от дороги стояло двух – или трехэтажное кирпичное здание – Хандайсоки – называли его (значение этого слова нам неизвестно). Кто называл его мясоконсервным заводом, кто – молочным, но продукцию этого предприятия мы не видели. В это время строение было уже без окон, без дверей. И вдруг в проеме окна появляется какая-то личность и, размахивая руками, кричит нам: «Эй, постойте!». Мы в недоумении остановились, еще подумали, что может быть не нам кричали, оглянулись: никого, кроме нас. Стояли долго, потом стали спрашивать у проходящих военных, можно ли нам идти, те, в недоумении пожимали плечами, дескать, кто мешает, идите, а мы боимся двинуться дальше. Картина, надо сказать, была отменная: на телеге сидит Женя с Юркой на руках и Оля, коня под узцы держит Иван Семенович в какой-то шляпе, такой затрапезной, что без смеха смотреть невозможно, рядом с ним Гена Злобин, а за телегой идем все мы, причем бедная Марина Игнатьевна, еле передвигая больными ногами, еще подбадривает нас: «Девочки, смотрите веселее». В это время подходит к нам патруль. Капитан, забайкальского типа, придирчиво осматривая нас, требовал документы, которых ни у кого не было. А узнав фамилию Ивана Семеновича сказал: «А, знаю, Зябликовых, известные кулусутаские богачи». Это дало Лёли заподозрить, что он сын Ивана Семеновича. Она, бедная, со страху выбросила сверток с йенами, которые в течение многих лет Иван Семенович скапливал. Долго еще куражился капитан. Обращаясь к Геннадию: «Ду ю спик инглишь?», на что Гена убитым голосом ответил: «Нет, не говорю».

В это время остановился Студебеккер. Он вез многих хайларцев из Хакэ, нас посадили, и мы поехали в Хайлар.

1. Мемуары Воросовой Анны Ивановны.

2. Фотография из фондов ГАПК

Продолжение следует...

Научный сотрудник отдела истории Михаил Юрьевич Новоселов.

Актуальные новости

Все новости
Светлое Воскресение Христово

Светлое Воскресение Христово

30 марта 2018
В Красноярском краевом краеведческом музее открылась небольшая выставка «Светлое Воскресение Христово», посвященная главному церковному празднику - Пасхе.
Книжная выставка, посвященная 135-летию со дня рождения чешского писателя Ярослава Гашека

Книжная выставка, посвященная 135-летию со дня рождения чешского писателя Ярослава Гашека

26 марта 2018
В библиотеке Красноярского краеведческого музей открылась книжная выставка, посвященная 135-летию со дня рождения известного чешского писателя Ярослава Гашека, автора «Похождений бравого солдата Швейка».
Музей истории финансовой системы  Енисейской губернии – Красноярского края

Музей истории финансовой системы Енисейской губернии – Красноярского края

26 марта 2018
21 марта 2018 г. состоялось открытие нового подразделения Красноярского краевого краеведческого музея – Музея истории финансовой системы Енисейской губернии – Красноярского края.