Воспоминания Александра Петровича Базаркина. В Минусинске

20 августа 2018

Мы продолжаем публикацию воспоминаний Александра Петровича Базаркина. Он родился в 1890 году, и стал очевидцем многих знаковых событий в истории первой половины XX века. А.П. Базаркин – солдат 9-й роты 15-го Сибирского стрелкового полка г. Красноярска, делегат организационного собрания Красноярского Совета рабочих, солдатских и казачьих депутатов, состоявшегося 3 марта 1917 года.

Эта публикация посвящена описанию событий в Минусинске накануне и в момент падения советской власти в 1918 году, очевидцем которых стал Александр Петрович Базаркин.

***

После публикации Апрельских тезисов произошло размежевание между большевиками и меньшевиками.

Группа правдистов-ленинцев стала расти за счет солдат и рабочих. Рост рядов партии большевиков дал возможность помогать уездным партийным организациям в укреплении работы Советов на местах.

Я вместе с товарищами Меркуловым и Найдеко было послан в Минусинскую парторганизацию, где в Совете было засилье правых эсеров.

С нашим приездом Совет был переизбран. В нем увеличилось количество представителей от профсоюзов и крестьян. В Совет вошли в большинстве ленинцы, благодаря чему работа Совета изменилась в сторону большевистского направления, улучшилась организация вопросов, укрепилась борьба с меньшевиками.

Главной силой в это время была правоэсеровская группировка, поощрявшая черносотенцев и церковников на борьбу с большевиками. Эсеры, опираясь на кулачество и белоказаков, поддерживали войну до победного конца, провозглашенную Временным правительством.

Империалистическая, а потом гражданская войны сильно подорвали экономику даже такой хлебной житницы, как Минусинский уезд.

В борьбе с разрухой крепко помогла установленная крестьянским губисполкомом хлебная монополия.

Вот как об этом писала коммунист Фаерман Екатерина Львовна: «…недаром Красноярский губисполком прислал на помощь Минусинскому Совету 3-х солдат во главе с солдатом А.П. Базаркиным, членом Красноярского Совета от Красноярского гарнизона 15-го Сибирского полка, для проведения в жизнь хлебной монополии».

Наладив продовольственное дело, связанное с хлебной монополией, я столкнулся с «сотниковской авантюрой».

Работая в Минусинском уезде по хлебной монополии, я одновременно проводил работу по укреплению Совета, политико-массовую работу. Поэтому по окончанию установленной хлебной монополии, меня послали делегатом на Губернский продовольственный съезд от Минусинского уезда.

Еще до моего отъезда на съезд произошло следующее: в Красноярске была сотня казаков во главе с атаманом Сотниковым. Красноярский Совет предъявил ему ультиматум: сдать оружие. Сотников не согласился разоружать сотню и бежал в Минусинский уезд в надежде на поддержку со стороны Минусинских казаков. Он надеялся ликвидировать Минусинский Совет и обосноваться в уезде. Переписка с минусинскими казаками была перехвачена. Минусинские казаки отстояли Совет и заставили казаков подчиниться ему. В итоге красноярскую сотню разоружили, а сам Сотников с группой офицеров бежал.

После этого я отправился на Губернский продовольственный съезд. О его работе я доложил пленарному заседанию Минусинского Совета. Доложил, что мероприятия по проведению хлебной монополии съездом одобрены, и была принята новая структура продовольственных управ. Уездная продовольственная управа комплектовалась из представителей от волостей, губернская – из представителей уездов.

На этом же пленарном заседании Минусинского Совета меня избрали представителем от уезда в губернскую продовольственную управу. Я переехал в Красноярск. На меня было возложено руководство ревизионным отделом.

Эту работу я выполнял до последних дней существования Советов в Сибири, пока их не свергли с помощью Чехословатского корпуса под командованием Гайды.

Когда чехословаки дошли до Мариинска, я как продовольственник, был командирован в Минусинск для спешной отгрузки заготовленных там продуктов, нужных фронту.

Прибыв в Минусинск, я организовал отправку продуктов в Красноярск. В это время, 18 июня 1918 года, город был объявлен на военном положении. Меня ввели в военный штаб, который назначил меня начальником отряда Красной гвардии г. Минусинска. Нашему отряду пришлось охранять Минусинск от скапливавшихся вокруг него казачьих и кулацких банд.

Правоэсеровская группировка радовалась назначению на 20 июня 1918 года созыва VII крестьянского уездного съезда. Большевики не возражали против созыва этого съезда, так как не знали, что на нем будут в основном кулацкие элементы, и он будет контрреволюционным. Можно считать, что с этого момента и началось контрреволюционное выступление против советской власти в уезде.

За 2-3 дня до открытия VII крестьянского съезда, Минусинск был окружен бандами до 6000 человек. Среди них было много и крестьян-середняков, обманутых эсеровскими «деятелями».

Казакам хотелось занять город еще до VII съезда, поэтому они предприняли две попытки силой ворваться в город.

Первое нападение с человеческими жертвами было сделано на казарму отряда Красной гвардии, которая располагалась на базарной площади, куда каждую среду крестьяне привозили продукты на продажу.

Налет был организован казацким офицером Кушнаревым. Был ранен бывший фронтовик член Союза трудящейся молодежи Колеватов, через некоторое время он умер от ран в больнице. Кушнарев был убит красногвардейцами, а остальные налетчики разбежались.

В это время было получено ужасное известие: возвратившийся со своим отрядом в город член КПСС с 1917 года Шаповалов (Шеповалов) был закопан живым в вырытой им самим могиле, в своем селе Большая Иня. Убийство это было совершено кулаками того же села.

В Танну-Туве был убит кулаками член КПСС с 1917 года заведующий земельным отделом Совета русской колонии Н.Г. Крюков, убит кулаками С.К. Беспалов – председатель Совета русской колонии в Танну-Туве.

После разгрома Кушнарева 19 июня 1918 года была вторая попытка захватить военный штаб и Совет большим отрядом казаков. Отряд налетчиков не был допущен даже к баррикаде. Ружейным залпом с балкона здания Совета наши красногвардейцы заставили казаков отступить.

Больше налетов не повторялось, но совершались покушения на отдельных активистов. Была попытка, сделанная офицером «Сашкой Арбузовым», убить члена трудовой молодежи, уже принятой в партию Зины Гущик (позднее она была расстреляна в Красноярской тюрьме в 1919 году). Найти Арбузова так и не удалось.

Но контрреволюционные элементы не унимались. Они пытались организовать свои сборища, которые немедленно разбегались при виде вооруженного патруля.

Для охраны город был разделен на 5 районов. В каждом районе были группы патрулей. За каждой группой был закреплен свой участок города.

Настал решающий день 20 июня 1918 года, день VII съезда крестьян Минусинского уезда.

Делегаты входили в город поодиночке. Под видом делегатов прошло много кулацких элементов. Это стало известно только позднее, при размещении делегатов. К 9 часам утра помещение театра было переполнено.

Попытка коммунистов и членов Совета избрать в Президиумсъезда нужных Совету делегатов не увенчалась успехом. Явное большинство съезда отвергло намеченных кандидатов, а выдвинутые в состав Президиума делегаты от эсеров и кулаков были утверждены чуть ли не единогласно.

Таким образом, съезд встал полностью на сторону контрреволюции. Совету и Красной гвардии было предложено сдать оружие.

До 24 июня 1918 года члены Совета и красногвардейцы не соглашались сдать оружие, рассчитывая соединиться с Красноярскими коммунистами. Мы думали, что красноярцы будут отступать на Минусинск.

23 июня нам стало известно, что красноярцы оставили город еще 18 числа, отступив на север, думая перебраться через Карское море на связь с армией.

Президиум крестьянского съезда настаивал на сдаче оружия. Почти сутки шел спор – сдавать или не сдавать. Члены Совета и члены Укома соглашались сдать оружие, считая, что этот шаг временный, и другого выхода все равно не было, так как силы были неравны. Город с одной стороны был окружен конными и пешими казаками, а с другой – вооруженными кулацкими отрядами, в которых было много обманутых эсерами середняков.

Отряд красногвардейцев был против сдачи оружия. Я внес предложениеотступить в Урянхайский край, мобилизовав в городе необходимое количество лошадей. Выехать под прикрытием имеющихся в нашем отряде 4-х пулеметов. Мое предложение поддержали Михаил Сафьянов (его брат Иннокентий Сафьянов, коммунист с 1917 года, который был в это время в Урянхайском крае с целью укрепления Советов) и большинство красногвардейцев.

На совещании было решено большинством членов Совета и коммунистов не обострять отношений с середняками, не вступать в военный конфликт и сдать оружие.

Утром 24 июня 1918 года члены Совета и красногвардейцы сдали оружие. Контрреволюция и черносотенцы торжествовали.

Мы, коммунисты и красногвардейцы вполне осознавали, что обещание Президиума съезда не применять репрессий не гарантирует нам безопасности. И действительно, с наступлением вечера начались аресты и избиения.

Моя квартира, куда накануне приехала жена с двумя детьми, была не только обыскана, но и ограблена. Я, рассчитывая скрыться, дома не был. Мать коммуниста Иосифа Садовского увела меня из Совета к себе, где я и скрывался 5 дней. Жену я решил отправить в Курагино к отцу.

Туда в это время приехал в отпуск мой младший брат Макар Петрович Базаркин. Он был артиллеристом, под командованием Лазо участвовал в подавлении юнкерского восстания в Иркутске.

Я думал в ночь на 29 июня уйти из города и добраться до Курагино, и вместе с братьями Макаром и Федором добраться к Лазо.

Когда я провожал жену с детьми, меня заметил некий Петров – сапожник, живущий на одной усадьбе с Садовским, и сообщил в штаб белых.

В итоге я был арестован и доставлен в Минусинскую тюрьму, где уже сидел большевик Гущин. В это же время из Тувы был привезен И.Г. Сафьянов – член партии с 1917 года, член партийного комитета, член Минусинского исполкома Совета и военного штаба. Он был избит до неузнаваемости. Вместе с ним были доставлены в тюрьму также избитые фельдшер М.М. Терентьев, член партии с 1917 года, член Минусинского исполкома и председатель исполкома русско-советской колонии в Танну-Туве.

Арестованные при сопровождении в тюрьму жестоко избивались, один товарищ был даже убит из винтовки через окно тюрьмы. Можно смело сказать, что ликовавшие эсеры и меньшевики, рука об руку с буржуазией и кулаками, расправились с большевиками, как им хотелось.

Съезд еще продолжал работу, и физическая и моральная расправа продолжалась. Белыми был создан военный штаб, который организовал следственную комиссию. После стало известно, что в нее вошли эсеры Ветров, Тарелкин, Троцкий. Ветров стал председателем ликвидационной комиссии, Тарелкин – Минусинским уездным комиссаром, а Троцкий – председателем следственной комиссии. Троцкий (инициалы не помню) пытался начать в тюрьме следствие, но из этой затеи ничего не вышло, так как все отказались отвечать на вопросы.

Мною лично было заявлено, что ему известна моя большевистская деятельность, а больше мне добавлять нечего.

11 сентября 1918 года я вместе с группой товарищей был переведен из Минусинской в Красноярскую тюрьму. Здесь нам пришлось пережить много тяжелых минут.

Публикация подготовлена старшим научным сотрудником

отдела истории Екатериной Борисенко

Актуальные новости

Все новости
Цикл лекций «Кочевые империи Евразии» доступен в онлайне

Цикл лекций «Кочевые империи Евразии» доступен в онлайне

17 марта 2021
Лекции археолога Сергея Фокина посвящены малоизвестным страницам отечественной истории — истории кочевых народов и образованных ими империй.
Проект «Что расскажет нам предмет»: нагрудный крест «За возрождение казачества» 1 степени

Проект «Что расскажет нам предмет»: нагрудный крест «За возрождение казачества» 1 степени

16 марта 2021
В 1992 году в Терском казачьем войске появился нагрудный знак «За возрождение казачества». Вскоре эта награда стала общероссийской.
Красноярский краеведческий музей поздравляет своего сотрудника Александра Вдовина с юбилеем

Красноярский краеведческий музей поздравляет своего сотрудника Александра Вдовина с юбилеем

16 марта 2021
16 марта 2021 года научному сотруднику нашего музея, археологу, историку, педагогу и музееведу Александру Сергеевичу Вдовину исполняется 60 лет.